Миф Залумы Акра

Черное и белое

Эти две американские открытки 19 века отлично иллюстрируют тогдашний интерес к цвету кожи, строению черепа и, в целом, к расовой принадлежности.


На ярмарках и в цирках, самым известным из которых был цирк Барнума, помимо карликов и бородатых женщин можно было встретить и альбиносок, и так называемых «черкешенок». Отличительные признаки - экзотический костюм, обнажавший все прелести, томный взор и, главное, по волосы в стиле «Анджела Дэвис сунула мокрый палец в розетку».

Вот, казалось бы, причем здесь Черкесия? Но интерес к Кавказу зародился у европейцев еще в 18 веке, когда немецкий антрополог Иоганн Фридрих Блюменбах (1752 — 1840) предложил свою знаменитую классификацию рас, которая в силе и поныне (в США принадлежность к белой расе указывается как White/Caucasian)


Кавказская — белая раса  Монголоидная — желтая раса Малайская — коричневая раса Негроидная — черная раса Американоидная — красная раса

Истоки белой расы Блюменбах искал на Кавказе, а черкешенок считал лучшими представительницами своей расы и вообще образцом совершенства. Когда в начале 19 века популярность приобрел ориентализм, и выставки салонных художников запестрели гаремными сценами, вспомнили и про черкешенок.

По слухам (самих-то красавиц никто в глаза не видывал), девушек похищали и продавали на рынках сластолюбивые турки, о чем Байрон не преминул упомянуть в поэме «Дон Жуан».

Но возвращаюсь к нашему рассказу.

В Константинополь пленников привез

Пиратский бриг. На якорь стал он сразу.

Ему местечко в гавани нашлось.

Чумы, холеры и другой заразы

В столицу он как будто не занес,

Доставив на большой стамбульский рынок

Черкешенок, славянок и грузинок.

Иных ценили дорого: одна

Черкешенка, с ручательством бесспорным

Невинности, была оценена

В пятнадцать сотен долларов. Проворно

Ей цену набавляли, и цена

Росла; купец накидывал упорно,

Входя в азарт, пока не угадал,

Что сам султан девицу покупал.

Полюбоваться баснословной красотой черкешенок, а заодно как следует на них заработать решил никто иной, как владелец цирка Ф.Т. Барнум. В начале 1860-х он снарядил своего агента в Турцию, чтобы тот проник на невольничий рынок и приобрел черкешенку-другую по $5000 за штуку. Цена была непомерной — в Новом Орлеане рабыню можно было купить от $700 и выше. Но черкешенки — товар штучный.

Задумка Барнума с самого начала попахивала авантюрой и ничем толковым не закончилась. Лишних черкешенок в Стамбуле не нашлось, да и сам город выглядел не так, как его живописали ориенталисты. Но в 1864 году ситуация разрешилась сама собой. В цирк пришла наниматься миловидная девица с густой шевелюрой. Окинув ее придирчивым взором, Барнум понял, что у инженю есть потенциал. Главное, прополоскать волосы пивом, а потом начесать так, чтоб дыбом стояли. И, конечно, имя восточное подобрать. Одно дело — какая-нибудь там Молли, и другое — Залумма Агра. Народ толпой повалит! Во вкусах соплеменников Барнум отлично разбирался - шоу с несчастной черкешенкой, вызволенной из турецкой неволи, сразу же стало хитом.

Где коммерческий успех, там и подражатели, и шоу с черкешенками стали появляться, как грибы после дождя, и не только в США, но и в Европе. «Черкесские красавицы» стали своего рода брендом, и отправляясь на такое шоу, зрители знали, что хотят увидеть. Побольше волос. А также экзотическое имя непременно на букву «з» - Занобия, Зулейка, Зоберди Люти.

«Черкешенки» отличались светлым цветом кожи, что было еще одно приманкой, дававшей зрителям возможность пофанатазировать на тему белых женщин, похищенных и проданных в рабство. Еще большего накала фантазии о белизне достигали на шоу с участием альбиносов. Это тоже была экзотика, но более мистического свойства. Так, альбиноски часто выступали в роли медиумов, телепатов и предсказательниц судьбы, как, например, Милли Ла Мар.

Но почему бы не объединить абсолютную белизну и термоядерную прическу черкешенки? Ведь публика от восторга свои шляпы съест и не подавится. *барабанная дробь* Так появилась Агги Золутия, черкешенка-альбиноска.






A series of works under the title " Transformation " is a metamorphosis of the changing time . Nothing remains still, everything is developing, it changes and transforms.

Ali Maher (1958 – June 10, 2013) was an circassian artist, architect, teacher, and cultural icon in Amman, Jordan. At the time of his death, he was a commissioner of the Jordan's Royal Film Commission and founder of the Atelier Baba art school. In 2008, during his time as commissioner he obtained assorted material from the Jordan-Soviet Friendship Society. The material proved to be a valuable insight in the relations between Jordan and the Soviet Union during the Cold War. Maher also founded JAID, Jordan's first animation and industrial design studio.

the Purmagazine - Расскажи, как и почему ты начала заниматься музыкой ? Когда мне было четыре года, мама отвела меня на художественную гимнастику. Позанимавшись почти пять лет, я поняла, что хочу заниматься не столько спортом, сколько творчеством. Попросила родителей пойти на вокал, так как меня всегда тянуло петь.

В одной из статей говорилось, что ты увлекаешься шахматами. Со временем ты укрепил свое увлечение или сейчас нашел ему замену чем то другим. Если да, то чем ты сейчас увлекаешься? Сейчас я очень сильно увлекся кунг-фу. Мне очень нравится этот вид спорта, потому что помимо физческого развития, он укрепляет силу духа и уверенность в себе. Мне очень повезло, так как недалеко от нашего дома родители нашли Шаолинь центр..

Уже в XX столетии ни кто иной, как сам академик Мичурин, написал статью с красноречивым заглавием «Черкесские сады ждут своих селекционеров». «Об изумительном богатстве так называемых старых черкесских садов, – писал он, – мне известно давно.

Original French antique print with a wonderful portrait of a Russian Circassian man in traditional outfit. A rare tinted photographic print, taken from a booklet on Russia. It was produced with the process of zincography. About 120 years old.