По словам самого режиссера, в фильме нет ни одной реплики, написанной им. Все диалоги взяты из разных произведений, что уже говорит о неординарности автора. Есть и те, кто сравнивает «Анну Карамазофф» с произведениями Франца Кафки, но фильм, как и его автор, слишком самобытен, стилен и оригинален для сравнений и штампов. После просмотра, «Анна Карамазофф» оставляет вихрь мыслей и образов, которые не отпускают зрителя долгое время, которые предстоит разгадать и постичь, а безупречная стилизация, которая присуща всем картинам Хамдамова завораживает и вдохновляет. Приятным бонусом является актерский состав: Жанна Моро, Елена Соловей, Наталья Лебле, Ольга (Носова) Орлова, Петр Мамонов, Эммануил Виторган и др. Это фильм, который стоит посмотреть хотя бы для того, чтобы соприкоснуться с чем-то гениальным и не знающим границ.


IMBD

ANNA KARAMAZOFF

Автор статьи-Диана Машезова 


Многие называют эту  картину одной из лучших картин всех времен и народов, её также считают одной из самых загадочных и потрясающих, а создателя картины без преувеличения можно назвать гением современности (хотя последнее – современность имеет с ним мало общего). Лично для меня он является последним из аристократов и больших художников.

Рустам Хамдамов – гениальный художник и стилист, тонкий меломан, эстет и режиссер, самый известный из неизвестных, фестивальный «бриллиант», как его еще называют, являет миру соразмерные своему таланту картины и фильмы, питаемые эмоциональной памятью самого автора. О Рустаме Хамдамове как-то сказали: «Он как тайный архив киноманов или библиотека Грозного, вырвешь одну страницу из книги и можно создать 10 фильмов. Он как густой бульон, такие люди тоже существуют». Облик главной героини фильма «Анна Карамазофф», талантливо воплощенный французской кинодивой Жанной Моро, также неуловим, как и магия автора, который с помощью кинематографа исследует литературу, живопись, музыку и самого себя. Рустам Хамдамов создает не сюжетные фильмы, а образное кино. Он называет себя постмодернистом, но создает совершенно новый киноязык. Его картины наполнены ассоциациями и метафорами, разгадывание которых обогащает зрителя. В своих картинах он оборачивается назад и обращается ко всем пластам культуры, которые пересекаются друг с другом и «говорят» со зрителем. История создания и жизни этой картины может послужить сюжетом для отдельного фильма. Единственный оригинальный негатив картины до сих пор находится у продюсеров, и никто бы не увидел фильм, если бы не копия, сделанная «пиратами», которые, не осознавая того, подарили миру возможность увидеть «Анну Карамазофф», картину, которая так и не вышла в прокат и до сих пор является незавершенной именно в том виде, в котором её задумал автор. Очередной скандал, связанный с фильмом, разгорелся во время конкурсного просмотра в Каннах, когда Жанна Моро начала топать ногами и требовать прекращения показа фильма, потому что режиссер вставил в картину отрывок (цитату) из другого своего фильма «Нечаянные радости» с Еленой Соловей и Натальей Лебле. Тогда фильм был освистан, а большинство зрителей покинуло зал. 


Весь фильм пронизан цитатами и образами, совершенно непонятными неискушенному зрителю. Хамдамов создает метафоричное кино. Смешение искусств присутствует даже в названии картины, которое отсылает одновременно к Толстому и Достоевскому, смешение стилей прослеживается во всем фильме, особенно это видно в эпизоде со «взрослой» девочкой, который является, на мой взгляд, одним из самых выразительных. Хамдамов не делает исключения и для музыкального сопровождения фильма, смешивая Шопена и Глинку. Для Хамдамова нет рамок и запретов, он воплощает свое видение искусства именно так, как считает нужным. Эта картина иногда напоминает матрёшку – в эпизоде, где главная героиня попадает в кинотеатр и смотрит фильм о кино, в котором снимается кино. Этот эпизод похож на ожившую картину самого Хамдамова. Зрителю может показаться, что за причудливым нагромождением предметов и беспорядочным потоком непонятных, а иногда абсурдных образов ничего не скрывается, но этот фильм, как и другие картины Хамдамова (у режиссера – Хамдамова шесть фильмов, и все незавершенные), представляет собой узор, который складывается в картину только с некоторого расстояния


«Хороший год» («А Good year») снят по мотивам одноименного романа Питера Мэйла. Сам режиссер был автором основных элементов сюжета, на основе которых Мэйл написал книгу.

Фильмы грузинского режиссера Отара Иоселиани - это ода тихим радостям, воспевающая труд и жизнь людей - будь то французские аристократы или грузинские крестьяне.

Маленький солдат на большой войне Картина Франсуа Трюффо "Четыреста ударов"- это одно из тех уникальных произведений искусства, которые делают попытку проникнуть в сознание ребенка, понять его чувства, увидеть мир его глазами.

Лето – время, когда хочется забыть про все заботы, дела и отправиться навстречу приключениям. А какой город, как не Рим, подходит для этого лучше всего?!

Картины Лукино Висконти невозможно спутать с другими. Они пропитаны аристократизмом, и не бутафорским, а подлинным. Висконти – эстет до мозга костей, аристократ не только по крови, но и по духу. Свой первый фильм «Земля дрожит» о восстании бедных рыбаков,

«Великая красота». Или поиски смысла Фильм Паоло Соррентино «Великая красота», снятый в 2013 году стал для меня открытием, своеобразным культурным шоком за последнее время. Эта картина одна из немногих, которые заставляют наблюдать за ней с замиранием, перестав замечать окружающих. Сюжет трагикомедии разворачивается на фоне великолепия и грандиозной архитектуры вечного города – Рима. По сути, фильм – иллюстрация, размышление на тему бессмысленного, безнравственного кутежа и пустой жизни богемной элиты Рима. Говоря об этом фильме, трудно обойтись без сравнения с картиной «Сладкая жизнь» великого Феллини, снятой в 1960 году. Феллини в свое время произвел фурор этой картиной, обнажив уродство праздности, из которой не может вырваться главный герой фильма, блестяще сыгранный Марчелло Мастроянни.

Джим Джармуш из тех режиссеров, которые умеют снимать атмосферное и стильное кино. Это особый талант – погрузить зрителя в свой мир, показать ему то, что до этого ему никто не показывал.