Глубокие реки

 - дебютный фильм Владимира Битокова, выпускника мастерской Александра Сокурова. Картина получила приз «Лучший дебют» Кинотавра-2018. В рамках Международного кинофестиваля «FEST-хиты» в Нальчике 

8 октября состоялась премьера фильма, на которой присутствовал министр культуры КБР Мухадин Кумахов, представители творческой интеллигенции республики, российские актеры, режиссеры, представители местных и российских СМИ. Премьерный показ дебютанта Кинотавра прошел при полном аншлаге. 
Название картины созвучно с сюжетом. Семья лесорубов, семья-изгой – суровый мужской мир, где нет места слабости и сантиментам. Персонажи Битокова – редкие типажи в современном мире, сильные мужчины, люди с внутренней идей, ради которой они не задумываясь готовы 
отдать свои жизни. 
Эта семья похожа на мощную глубокую реку с опасными подводными течениями, невидимыми глазу за ее глубиной. Вода – символ жизни, но также она таит в себе опасности и тревогу. В кабардинском языке вода «псы» созвучна с душой «псэ», что отражено в картине. Эта семья живет в доме на сваях в близости от бурной горной реки, которая в любой момент может ее снести, если не укреплять дом. Этот символичный образ можно перенести на семью, в которой старый отец, как командир подводной лодки, не останавливаясь, ведет ее, зная, что крушение неизбежно. 
Мужчины в этой семье немногословны, они привыкли к тяжёлому труду. Герои напоминают зверей: старший сын Бес – одинокий волк, самый противоречивый и сложный образ, средний Муха – сильный и добрый, напоминает медведя, отец, как старый уставший пес и младший сын – 
Малой, человек, который отбился от этой стаи и выбрал другую жизнь. В фильме подчеркнуто нет религиозной подоплеки, у зверей нет религии, они живут инстинктами. Несмотря на географию картины и кабардинский язык, на котором он снят, картина не кажется национальной, этнографической. На мой взгляд, это универсальная история, в которой показаны общечеловеческие ценности, конфликты и проблемы. Хочу отдельно отметить язык повествования. Режиссер фильма подчеркнул, что кабардинский язык в этой истории является частью характеров героев. Язык становится и своеобразным связующим звеном между ними. Старшие братья говорят на кабардинском, их ценности, мироощущение, понятия чести и совести совпадают, как и язык, с помощью которого передают свои мысли, они не видят для себя другой жизни, кроме этой. Малой, говорящий исключительно на русском языке для них отщипенец, предатель, человек, который отрекся от корней. В этой догме язык выступает, как показатель самобытного, исконного, настоящего. 
Зрителю может показаться, что разногласия братьев – это результат прошлых поступков, но вдумываясь глубже, понимаешь, что это конфликт характеров, а не поступков. 
«Глубокие реки» не стоит воспринимать, как документальное, описательное кино, это художественный фильм, перенесенный в реалии Кавказа. 
Как зритель и кинокритик хочу отметить великолепную работу оператора картины Александра Демьяненко. Он снял горы и леса Кабардино-Балкарии, как настоящую поэзию, заставляя зрителя погрузиться в эту суровую красоту, превращая ее в героя фильма, без которого эта история была бы совсем другой. 
Безусловная удача картины – это актеры, исполнившие главные роли: строгий, но мудрый отец - Олег Гусейнов, мятущийся, озлобленный, неумеющий проявлять нежности Бес - Рустам Муратов, добродушный Муха – Мухамед Сабиев. Темные тона, в которых снят фильм подчеркивают настроение героев, а монотонное размеренное течение – внутренний эмоциональный накал и острое предчувствие беды. Уже в начале фильма понимаешь, что непоправимое уже случилось и это произошло задолго до начала истории, показанной зрителю. 
Прекрасная самобытная музыка Мурата Кабардокова дополнила сюжет и долго не отпускала после просмотра наравне с вопросами, которые оставил фильм. 
«Глубокие реки» - картина, которая заставляет думать и не преподносит все зрителю в готовом виде. 
Фильм оставляет место для того, чтобы мы смогли заглянуть в свои темные воды, переосмыслить жизнь и, возможно, поменять что-то. 
Диана МАШЕЗОВА.

«Я хочу прикасаться к людям своим искусством, я хочу, чтобы они говорили: он чувствует глубоко, он чувствует нежно». Ван Гог.

Изящная ирония над жизнью Советский кинематограф до сих пор остается «золотым» периодом отечественного кино.

Фильмы грузинского режиссера Отара Иоселиани - это ода тихим радостям, воспевающая труд и жизнь людей - будь то французские аристократы или грузинские крестьяне.

Сериал удивляет эксцентричностью, непредсказуемостью, юмором, который, казалось бы, не может быть никак связан с Ватиканом. Соррентино умеет выразить смешное без слов – старые кардиналы с айфонами, монашки, играющие в футбол, кулер со святой водой посреди пышно убранного зала, кенгуру в подвалах Ватикана.

«Когда в обществе тонет высшее, а под высшим я подразумеваю духовную высоту, ибо все остальные высоты показные, и торжествует низменное, это предвестник катастрофы». Тенгиз Абуладзе.

Часть первая. Мсье Густав (такое же повествование идет в фильме). Мсье Густав (Райф Файнс) – легендарный консьерж отеля «Гранд Будапешт», ради которого сюда приезжает большинство посетителей.

Самые радостные воспоминания детства оживают в голове, вспоминаешь, как и ты верила в то, что семена могут вырасти за ночь, что можно взлететь над землей, прыгать по деревьям и кататься на «котовтобусе». Это все нам дарит детство – самая добрая и сказочная пора жизни.

Что за лестница в небеса эпохи римской колонизации, почему японцы просто ее не обрезали ? Что за стрельба от бедра, свойственная жанру спагетти вестерн? Сцена где Винс Вон исполняет тачанку и отстреливается полулежа на потрепанной солдатской шинели - это что ?